Добо пожаловать, Гость!
"Ճանաչել զ`իմաստութիուն և զ`խրատ, իմանալ զ`բանս հանճարոյ"
Մեսրոպ Մաշտոց, 362 - 440 մ.թ

"Познать мудрость и наставление, понять изречение разума"
Месроп Маштоц, создатель армянского алфавита, 362 - 440 г. от Рождества Христова.
Главная » 2018 » Июль » 23 » Омар Хайям (1986 г.). РУБАИ. Часть 3.
21:05
Омар Хайям (1986 г.). РУБАИ. Часть 3.
* * *

Как полон я любви, как чуден милой лик,
Как много я б сказал и как мой нем язык!
Не странно ль, господи? От жажды изнываю,
А тут же предо мной течет живой родник.

* * *

Тревога вечная мне не дает вздохнуть,
От стонов горестных моя устала грудь.
Зачем пришел я в мир, раз — без меня ль, со мной ли —
Всё так же он вершит свой непонятный путь?

* * *

Поменьше размышляй о зле судьбины нашей,
С утра до вечера не расставайся с чашей.
К запретной дочери лозы присядь - она
Своей дозволенной родительницы краше.

* * *

Коль небом не дано, чего хочу,
Свершить не суждено, чего хочу.
Коль свято всё, чего желает небо,
То, значит, всё грешно, чего хочу.

* * *

С той, чей стан — кипарис, а уста — словно лал,
В сад любви удались и наполни бокал,
Пока рок неминуемый, волк ненасытный,
Эту плоть, как рубашку, с тебя не сорвал!

* * *

Когда в когтях судьбы, застигнут злом,
Замру, как птица с вырванным крылом,
В кувшин ты обрати мой прах - воскресну,
Лишь дух вина почую, как в былом.

* * *

В бокалы влей вина и песню затяни нам,
Свой голос примешав к стенаньям соловьиным!
Без песни пить не след — ведь иначе вино
Нам разливалось бы без бульканья кувшином.

* * *

Я утро каждое спешу скорей в кабак
В сопровождении товарищей-гуляк.
Коль хочешь, господи, сдружить меня с молитвой,
Мне веру подари, святой податель благ!

* * *

Вхожу в мечеть смиренно, с поникшей головой,
Как будто для молитвы… но замысел иной:
Здесь коврик незаметно стащил я в прошлый раз;
А он уж поистерся, хочу стянуть другой.

* * *

Из веселого места иду я вчера.
Вижу, роза охвачена жаром костра.
«О, — вскричал я, — за что же казнят тебя, роза?»
— «Как за что? Наслаждалась я жизнью с утра».

* * *

Из всего, что аллах мне для выбора дал,
Я избрал черствый хлеб и убогий подвал,
Для спасенья души голодал и страдал, -
Ставши нищим, богаче богатого стал.

* * *

О, не сам по себе я прошел этот путь,
И не сам по себе я нашел свою суть,
Если ж самая суть в меня вложена свыше —
Был когда-нибудь где-нибудь сам кто-нибудь?

* * *

Ах, где надежный друг? Ему я расскажу
О человеке то, что про себя твержу:
Из праха мук рожден, на глине бед замешан,
Придя на свет, спешит к другому рубежу.

* * *

Отравлен день без чистого вина,
Душа тоской вселенскою больна.
Печали — яд, вино - противоядье.
Коль выпью, мне отрава не страшна.

* * *

Смеялась роза: «Милый ветерок,
Сорвал мой шелк, раскрыл мой кошелек
И всю казну тычинок золотую —
Смотрите - щедро кинул на песок».

* * *

Убывает гордыня в сердцах от вина,
Сущность мира становится ясно видна.
Выпив чарку, смирился бы сам сатана,
До земли поклонился б Адаму спьяна!

* * *

Неправда, будто пост нарушил я затем,
Что рамазан презрел, забыл о нем совсем;
О нет, от мук поста я света дня не взвидел,
Подумал: ночь еще, я ранний завтрак ем.

* * *

Тот усердствует слишком, кричит: «Это - я!»
В кошельке золотишком бренчит: «Это — я!»
Но едва лишь успеет наладить делишки —
Смерть в окно к хвастунишке стучит: «Это - я!»

* * *

Джамшида чашу я искал, не зная сна,
Когда же мной земля была обойдена,
От мужа мудрого узнал я, что напрасно
Так далеко ходил — в моей душе она.

* * *

«Я — прекрасный Юсуф, - розан гордо сказал, -
А уста мой — в злато оправленный лал».
Я сказал: «Ты — Юсуф? Доказательства где?»
— «Вот рубашка в крови. Разве ты не узнал?»

* * *

Гляжу на землю я и сном объятых вижу;
Взираю в глубь земли — землею взятых вижу;
В твою, небытие, пустыню взор вперив —
Тех, кто ушли уже, и не зачатых вижу.

* * *

Без вина я по жизни брести не могу,
Тяжесть трезвого тела нести не могу,
Жду, когда виночерпий напьется и скажет:
«Наливай себе сам — я, прости, не могу...»

* * *

Тайны мира постиг проницательный взор:
Всё на свете поистине глупость и вздор.
И куда ни взгляну я — О, слава аллаху! —
Угрожают мне беды, несчастья, позор.

* * *

Смерть я видел, и жизнь для меня — не секрет,
Снизу доверху я изучил этот свет.
Вот вершина моих наблюдений: на свете
Ничего, опьянению равного, нет!

* * *

Лишь твоему лицу печальное сердце радо,
Кроме лица Твоего — мне ничего не надо.
Образ свой вижу в тебе я, глядя в твои глаза,
Вижу в самом себе тебя я, моя отрада.

* * *

Смертный, думать не надо о завтрашнем дне,
Станем думать о счастье, о светлом вине,
Мне раскаянье бог никогда не дарует,
Ну а если дарует — зачем оно мне?

* * *

В сферах небесных — неизбежная беда,
С телом презренным — вековая вражда.
Нет той науки, чтоб из мира увела,
Разума нет, чтоб мир покинуть навсегда.

* * *

Я пью, — что говорить, но не буяню спьяну;
Я жаден, но к чему? Лишь к полному стакану.
Да, свято чтить вино до смерти буду я,
Себя же самого, как ты, я чтить не стану.

* * *

Цветком я не закрою солнца свет,
Сказать о тайнах жизни — силы нет;
Из моря мысли жемчуг я извлек,
Но не сверлю его — страшусь я бед.

* * *

Как проснусь — так устами к кувшину прильну.
Пусть лицо мое цветом подобно вину.
Буду пить, а назойливому рассудку,
Если что-то останется — в морду плесну!

* * *

В любви на новый путь свернуть, увы, не в силах я,
Наполнить новой страстью грудь, увы, не в силах я.
И день и ночь скорбящий взор мне застилают слезы –
На пери новую взглянуть, увы, не в силах я.

* * *

В дни цветения роз свою волю с цепей я спущу
И нарушу святой шариат и святош возмущу.
В сонме юных красавиц весны зеленеющий луг
Я в тюльпановый ярко-багряный цветник превращу.

* * *

Раб страстей, я в унынье глубоком — увы!
Жизнь прожив, сожалею о многом — увы!
Даже если простит меня бог милосердный,
Стыдно будет стоять перед богом — увы!

* * *

Ты, боже, глину мял, — что делать мне?
Ты ткань мою соткал, - что делать мне?
Всё, что свершаю — доброе и злое,
Ты сам предначертал, — что делать мне?

* * *

Не буду часа ждать, когда умру,
Когда пойду на глину гончару,
Пока еще не стал я сам кувшином,
Кувшин вина я выпью поутру.

* * *

Увы, глоток воды хлебнуть не можешь ты,
Чтоб не прибавил рок и хмеля маеты;
Не можешь посолить ломоть ржаного хлеба,
Чтоб не задели ран соленые персты.

* * *

«Вино — кровь лоз, — изрек я, хмуря брови, —
Бросаю пить! Я не приемлю крови».
Мудрец спросил с усмешкой: «Ты всерьез?»
И я вскричал: «О, не лови на слове!»

* * *

Не по бедности я позабыл про вино,
Не из страха совсем опуститься на дно.
Пил вино я, чтоб сердце весельем наполнить,
А теперь мое сердце тобою полно.

* * *

Когда б я отравил весь мир своею скверной, —
Надеюсь, ты б меня простил, о милосердный!
Но ты ведь обещал в нужде мне руку дать:
Не жди, чтоб сделалась нужда моя безмерной.

* * *

Считают, будто я неверный - верно,
Развратник, ринд и полон скверны — верно,
У каждого суждение свое,
А я такой, как есть. Что верно — верно!

* * *

Назовут меня пьяным - воистину так!
Нечестивцем, смутьяном – воистину так!
Я есмь я. И болтайте себе, что хотите:
Я останусь Хайямом. Воистину так!

* * *

Слишком уж поздно в круг бытия вошли мы —
И со ступени людей ниже сошли мы,
Раз, вопреки нашей воле, жизнь проходит, —
Сыты ею, пусть кончится, чтоб ушли мы.

* * *

В жизни трезвым я не был, и к богу на суд
В судный день меня пьяного принесут!
До зари я лобзаю заздравную чашу,
Обнимаю за шею любезный сосуд.

* * *

Как долго пленными нам быть в тюрьме мирской?
Кто сотни лет иль день велит нам жить — с тоской?
Так лей вино в бокал, покуда сам не стал ты
Посудой глиняной в гончарной мастерской.

* * *

Любят тебя, сношу я все упреки
И вечной верности не зря даю зароки.
Коль вечно буду жить, готов до дня Суда
Покорно выносить гнет тяжкий и жестокий.

* * *

Над краем чаши мы намазы совершаем;
Вином пурпуровым свой дух мы возвышаем;
Часы, что без толку в мечетях провели,
Отныне в кабаке наверстывать решаем.

* * *

Боже, ты великодушен, не боюсь я наказанья,
Хлеба дал ты мне в дороге, не страшны теперь скитанья.
Если божье милосердье сделает меня безгрешным,
Черной книги не страшусь я - жду я лишь благодеянья.

* * *

Мы дервишеским рубищем жбан затыкали,
Омовенье землею трущоб совершали.
Может быть, и отыщем в пыли погребка
Жизнь, которую мы в погребках потеряли?!

* * *

Пью не ради того, чтоб ханже насолить
Или сердце, не мудрствуя, развеселить, -
Мне хоть раз бы вздохнуть глубоко и свободно,
А для этого надобно память залить.

* * *

Жаль, постигаем только в смертный час,
Что истолкло без толку небо нас.
О, горе нам! Желаемых свершений
Не довершив, смежаем веки глаз.

* * *

Когда-то просвещал нас синклит седых бород,
Когда-то восхищал нас и нашей мысли плод...
А что в конце осталось? Последний вывод вот:
Сюда прилив примчал нас, отсюда вихрь несет.

* * *

Сердце, воспрянь! Мы по струнам рукой проведем,
Доброе имя уроним с утра за вином.
Коврик молитвенный в доме питейном заложим,
Склянку позора и чести, смеясь, разобьем.

* * *

Безгрешными приходим - и грешим,
Веселыми приходим - и скорбим.
Сжигаем сердце горькими слезами
И сходим в прах, развеяв жизнь как дым.

* * *

Пред взором милых глаз, огнем вина объятый,
Под плеск ладоней в пляс лети стопой крылатой!
В десятом кубке прок, ей-ей же, невелик:
Чтоб жажду утолить, готовь шестидесятый.

* * *

Мы источник веселья - н скорби рудник,
Мы вместилище скверны — и чистый родник.
Человек, словно в зеркале мир, — многолик.
Он ничтожен - и он же безмерно велик!

* * *

В мире временном, сущность которого - тлен,
Не сдавайся вещам несущественным в плен.
Сущим в мире считай только дух вездесущий,
Чуждый всяких вещественных перемен.

* * *

Друзья, дадим обет быть вместе в этот час,
В веселье на печаль совместно ополчась,
И сядем пить вино сегодня до рассвета!
Придет иной рассвет, когда не будет нас.

* * *

Этот мир - эти горы, долины, моря –
Как волшебный фонарь. Словно лампа - заря.
Жизнь твоя - на стекле нанесенный рисунок,
Неподвижно застывший внутри фонаря.

* * *

Брось молиться, неси нам вина, богомол,
Разобьем свою добрую славу об пол.
Всё равно ты судьбу за подол не ухватишь –
Ухвати хоть красавицу за подол!

* * *

Чтоб счастье испытать, вина себе налей,
День нынешний презри, о прошлых не жалей,
И цепи разума хотя б на миг единый,
Тюремщик временный, сними с души своей.

* * *

Цель вечная движенья миров вселенной - мы.
В глазу рассудка ясном зрачок мгновенный — мы.
Похож на яркий перстень летящий круг миров.
На перстне этом быстром узор нетленный — мы.

* * *

Покуда рок не принялся за нас,
Нальем вина и выпьем в добрый час!
Неумолимо кружит звездный купол,
Глядишь, воды — и той глотнуть не даст.

* * *

Ты, муфтий, нас беспутнее подчас,
Мы во хмелю тебя трезвей в сто раз.
Пьешь кровь людскую, кровь лозы мы тянем, —
По чести: кровожадней кто из нас?

* * *

Всей мир едва ли снова попадем,
Своих друзей вторично не найдем.
Лови же миг! Ведь он не повторится,
Как ты и сам не повторишься в нем.

* * *

Мы похожи на циркуль, вдвоем, на траве:
Головы у единого тулова две,
Полный круг совершаем, на стержне вращаясь,
Чтобы снова совпасть головой к голове.

* * *

До коих пор унижений позор терпеть от низких людей?
Доколе гнет столетья сносить, что прежних столетий подлей?
Будь радостным, друг, ведь пост миновал и снова праздник настал,
Давай же рубиновое вино и чаши скорей налей!

* * *

Твои дары, о жизнь, - унынье н туга;
Хмельная чаша лишь одна нам дорога.
Вино ведь -— мира кровь, а мир - наш кровопийца,
Так как же нам не пить кровь кровного врага?

* * *

Мы розы превратим в вино, дадим живой хмельной огонь им.
Под стоны чанга, пенье флейт печаль сердечную прогоним.
С возлюбленной, чей легок дух, в веселье сердца посидим.
Кувшина два иль три вина сквозь тяжкий камень перегоним.

* * *

Бросать не стоит в будущее взгляд,
Мгновенью счастья будь сегодня рад.
Ведь завтра, друг, и мы сочтемся смертью
С ушедшими семь тысяч лет назад.

* * *

Мы чалму из тончайшего льна продадим
И корону султана спьяна продадим.
Принадлежность святош, драгоценные четки,
Не торгуясь, за чашу вина продадим.

* * *

Где корм, а где ловушка, не мог я рассмотреть;
Влечет хмельная чаша, влечет к себе мечеть...
А всё ж с такой подругой и с кубком огневым
Уместней мне не в келье, a в кaбaке сидеть.

* * *

Мне чаша чистого вина всегда желанна,
И стоны нежных флейт я б слушал неустанно.
Когда гончар мой прах преобразит в кувшин,
Пускай наполненным он будет постоянно.

* * *

За то, что вечно пьем и в опьяненье пляшем,
За то, что почести оказываем чашам,
Нас не кори, ханжа! Мы влюблены в вино,
И милые уста всегда к услугам нашим.

* * *

Увы, не много дней нам здесь побыть дано,
Прожить их без любви и без вина - грешно.
Не стоит размышлять, мир этот -- стар иль молод:
Коль суждено уйти - не всё ли нам равно?

* * *

Хайяму я прошу мой передать привет
И на вопрос его такой снести ответ:
«Неправда, что вино я запретил; лишь глупым
Оно запрещено, а умным - вовсе нет».

* * *

Не прав, кто думает, что бог неумолим, -
Нет, к нам он милосерд хотя мы и грешим.
Ты в кабаке умри сегодня от горячки –
Сей грех он через год простит костям твоим.

* * *

Прошу вас Мустафе мой передать привет
И так его спросить: «Зачем лежит запрет,
О мудрый хашимит, на чистом соке гроздий,
Тогда как кислый дуг нам пить запрета нет?»

* * *

Мы попали в сей мир, как в силок - воробей.
Мы полны беспокойства, надежд и скорбей.
В эту круглую клетку, где нету дверей,
Мы попали с тобой не по воле своей.

* * *

Доколе будешь нас корить, ханжа ты скверный,
За то, что к кабаку горим любовью верной?
Нас радует вино и милая, а ты
Опутан четками и ложью лицемерной.

* * *

Держит чашу рука, а другая — Қоран:
То молюсь до упаду, то до смерти пьян.
Как лишь терпит нас мраморный свод бирюзовый —
Не кафиров совсем, не совсем мусульман.

* * *

Если хочешь покоиться в неге блаженной
И у ног своих мир этот видеть надменный
Перейди в мою веру, учись у меня, —
Пей вино, но не пей эту горечь вселенной!

* * *

О вращенье небес! О превратность времен!
За какие грехи я, как раб, заклеймен?
Если ты к подлецам и глупцам благосклонно,
То и я не настолько уж свят и умен!

* * *

Ухожу, ибо в этой обители бед
Ничего постоянного, прочного нет.
Пусть смеется лишь тот уходящему вслед,
Кто прожить собирается тысячу лет.

* * *

Не избавиться мне от житейских оков,
Я не рад, что несчастный мой жребий таков.
У судьбы я учился прилежно и долго,
Но всегда оставался в числе дураков.

* * *

Лучше впасть в нищету, голодать или красть,
Чем в число блюдолизов презренных попасть.
Лучше кости глодать, чем прельститься сластями
За столом у мерзавцев, имеющих власть.

* * *

Дураки мудрецом почитают меня.
Видит бог: я не тот, кем считают меня.
О себе и о мире я знаю не больше
Тех глупцов, что усердно читают меня.

* * *

Не трать себя, о друг, на огорченья,
На камни тягот, на долготерпенье.
Не зная завтра, каждое мгновенье
Отдай вину, любви и наслажденью!

* * *

Лучше пить и веселых красавиц ласкать,
Чем в постах и молитвах спасенья искать.
Если место в аду для влюбленных и пьяниц,
То кого же прикажете в рай допускать?

* * *

Лучше скромная доля, чем славы позор,
А пенять на судьбу — это глупость и вздор.
Лучше пьяницей я прослыву в этом мире,
Чем ханжою меня назовет разговор.

* * *

Скинь ризы показные! Не поступай, как тот,
Кто платье покупает, а тело продает.
Рогожею прикройся — и вот под ней тебя.
Неведомая миру порфира облечет.

* * *

Смотри: беременна душою плоть бокала,
Как если б лилия чревата розой стала.
Нет, это пригоршня текучего огня
В утробе ясного, как горный ключ, кристалла.

* * *

Ни ты, ни я не знаем загадки бытия.
Не сможем тайных знаков прочесть ни ты, ни я.
Закрыл их черный занавес — напрасны здесь слова:
Он рухнет — не останемся уже ни ты, ни я.

* * *

Наш мир — творца ошибку, плохой приют на час –
Ты скрась вином, улыбкой и блеском милых глаз.
Что спорить: мир предвечен иль создан был для нас?
Пусть он и бесконечен, да нам конец сейчас.

* * *

Страстью раненный, слезы без устали лью,
Исцелить мое бедное сердце молю,
Ибо вместо напитка любовного небо
Кровью сердца наполнило чашу мою.

* * *

О мой избранник, о старинный друг!
Из-за коварства неба столько мук!
Сиди в углу ристалища спокойно,
Смотри, как веселится неба круг!

* * *

Нет мне единомышленника в споре,
Мой вздох - один мой собеседник в горе.
Я плачу молча. Что ж, иль покорюсь,
Иль уплыву и скроюсь в этом море.

* * *

О, доколе сокрушаться, что из этой майхоны
Ни конец мой, ни начало мне в тумане не видны.
Прежде чем в путь бесконечный соберу свои пожитки,
Дай вина мне, милый кравчий! Поясненья не нужны.

* * *

Небо! Вечно в сражении ты и в борьбе со мной,
Для других ты бальзам, для меня же недуг ты злой.
Долгий прожил я век, примириться хотел с тобою,
Всё напрасно! — Опять на меня ты идешь войной!

* * *

Из верченья гончарного круга времен
Смысл извлек только тот, кто учен и умен,
Или пьяный, привычный к вращению мира,
Ничего ровным счетом не мыслящий в нем!

* * *

Если ты не слепой, мглу могильную зри!
Эту полную смут, землю пыльную зри!
Сильных мира сего в челюстях муравьиных —
Этот пир, эту тризну обильную - зри!

* * *

Вот беспутный гуляка, хмельной ветрогон:
Деньги, истину, жизнь - всё поставит на кон!
Шариат и Коран - для него не закон.
Кто на свете, скажите, отважней, чем он?

* * *

Вращаясь, свод небесный нас давит и гнетет,
Пустеет мир, и многих друзей недостает.
Чтоб вырвать хоть мгновенье урока для себя,
Забудь о том, что было, и не гляди вперед.

* * *

Ты не слушай глупцов, умудренных житьем.
С молодой уроженкой Тараза вдвоем
Утешайся любовью, Хайям, и питьем,
Ибо все мы бесследно отсюда уйдем.

* * *

Бык Землю держит испокон веков,
Телец - вверху, за толщей облаков.
Вглядись глазами разума -— увидишь
Ты сборище ослов меж двух быков.

* * *

Если б мне всемогущество было дано –
Я бы небо такое низвергнул давно
И воздвиг бы другое, разумное небо,
Чтобы только достойных любило оно!

* * *

Те, что веруют слепо, — пути не найдут.
Тех, кто мыслит, - сомнения вечно гнетут.
Опасаюсь, что голос раздастся однажды:
«О невежды! Дорога не там и не тут!»

* * *

Эй, видящий вращенье небосвода,
Не помнящий, что смерть стоит у входа,
Очнись, взгляни хоть мельком, как с людьми
Жестокосердно поступают годы!

* * *

Вы мне говорите: «Ты хоть меньше пей!
В чем причина страсти пагубной твоей?»
Лик подруги милой, утренняя чаша —
Вот в чем вся причина, нет причин важней.

* * *

На миг один избавься от забот,
Вздохни свободно, сбрось обиды гнет!
Будь свойством мира постоянство, разве
Родиться наступил бы твой черед?

* * *

Долго ль будешь ты всяким скотам угождать?
Только муха за харч может душу отдать!
Кровью сердца питайся, но будь независим.
Лучше слезы глотать, чем объедки глодать.

* * *

Будь, как ринд, завсегдатаем всех кабаков,
Вечно пьяным, свободным от всяких оков.
Хоть разбойником будь на проезжей дороге:
Грабь богатых, добром одаряй бедняков!

* * *

Петь так петь, - соловьи всё дружней и дружней.
Пить так пить, — мы с друзьями пьяней и пьяней.
Вот и роза в саду сладострастно раскрылась, —
Два-три раза на дню я склоняюсь над ней.

* * *

От жизненных тревог мне сердце успокой
И прегрешения мои от мира скрой.
Сегодня дай вкусить мне радость жизни,
А завтра поступай как ты решишь со мной.

* * *

Эта жизнь - солончак. Вкус у жизни такой,
Что сердца наполняются смертной тоской.
Счастлив тот, кто ее поскорее покинет.
Кто совсем не родится — познает покой.

* * *

Боже, скуку смертельную нашу прости,
Эту муку похмельную нашу прости,
Эти ноги, бредущие к ҳарабату,
Эту руку, обнявшую чашу, прости!

* * *

Для того, кто за внешностью видит нутро,
Зло с добром - словно золото и серебро.
Ибо то и другое - дается на время,
Ибо кончатся скоро и зло, и добро.

* * *

Влюбленный на ногах пусть держится едва,
Пусть у него гудит от хмеля голова.
Лишь трезвый человек заботами снедаем,
А пьяному ведь всё на свете трын-трава.

* * *

Коль день прошел, о нем не вспомяни,
Пред днем грядущим в страхе не стони.
О прошлом и грядущем не печалься,
На миг один в блаженстве утони!

* * *

О творенье божье! Благосклонно и любя,
Изначально рай и ад бог создал для тебя.
Жизнь — как рай: я ни глотка не пью, кроме вина,
Ничего что в рай пути не вижу для себя!

* * *

Рано утром я слышу призыв кабака:
«О безумец, проснись, ибо жизнь коротка!
Чашу черепа скоро наполнят землею.
Пьяной влагою чашу наполним пока!»

* * *

Вино питает мощь равно души и плоти,
К сокрытым тайнам ключ вы только в нем найдете,
Земной и горний мир, до вас мне дела нет!
Вы оба пред вином ничто в конечном счете.

* * *

Скорей приди, исполненная чар,
Развей печаль, вдохни сердечный жар!
Налей кувшин Вина, пока в кувшины
Наш прах еще не превратил гончар.

* * *

Друг, твое вино питает существо мое живое,
Лик твой нежный мне сияет, словно солнце заревое.
Встань и дай мне на мгновенье замереть у ног твоих,
Смерть у ног твоих мне лучше сотни жизней старца Ноя.

* * *

Мы не надолго в этот мир пришли
И слезы, скорбь и горе обрели.
Мы наших бед узла не разрешили,
Ушли - и горечь в душах унесли.

* * *

Хотя стройнее тополя мой стан,
Хотя и щеки - огненный тюльпан,
Но для чего художник своенравный
Ввел тень мою в свой пестрый балаган?

* * *

Меня, когда умру, вы соком лоз омойте
И над могилою хвалу вину пропойте.
Где в Судный день мой прах искать, я вам скажу:
Сады, вкруг кабаков цветущие, разройте.

* * *

Благоговейно чтят везде стихи Корана,
Но как читают их? Не часто и не рьяно.
Тебя ж, сверкающий вдоль края кубка стих,
Читают вечером, и днем, и утром рано.

* * *

Я небосводом брошен на чужбину;
Что дал сперва, он отнял половину.
И я из края в край на склоне лет
Влачу, как цепи, горькую судьбину.

* * *

Не кори тех, кто пьян, уходя с кутежа,
Не живи лицемерьем, неправде служа.
Ты не пьешь, но гордиться тебе не пристало:
Твой Порок хуже пьянства, презренный ханжа.

* * *

Как знать, подруга, что нас завтра ждет.
В ночь лунную забудем день забот,
Испей вина, — еще ведь не однажды
Луна взойдет, а нас уж не найдет.

* * *

Поток времен свиреп, везде угроза,
Я уязвлен и жду всё новых ран.
В саду существ я сжавшаяся роза,
Облито сердце кровью, как тюльпан.

* * *

Увы, неблагосклонен небосвод!
Что ни захочешь — всё наоборот.
Дозволенным господь не одаряет,
Запретного – и дьявол не дает.

* * *

Быть может, алость розы - застывший пурпур вин;
Вино в прозрачном кубке - расплавленный рубин;
Вода — алмаз текучий; быть может, диск луны
Покров для лика солнца, и свет везде един.

* * *

Сделай мне хоть что-нибудь в угоду, ходжа.
В речи своей не лей ты воду, ходжа.
Прав я — и даже ты, всё видящий вкривь,
Вылечив свой взор, мне дашь свободу, ходжа.

* * *

Под этим небом жизнь - терзаний череда,
А сжалится ль оно над нами? Никогда!
О нерожденные! Когда б о наших муках
Вам довелось узнать, не шли бы вы сюда.

* * *

Покамест ты жив -— не обижай никого.
Пламенем гнева не обжигай никого.
Если ты хочешь вкусить покоя и мира,
Вечно страдай, но не угнетай никого.

* * *

Двери в этой обители: выход и вход,
Что нас ждет, кроме гибели, страха, невзгод?
Счастье? Счастлив живущий хотя бы мгновенье.
Кто совсем не родился - счастливее тот.

* * *

Слушай-ка, законник, ты не тронулся умом?
Люди здесь беседуют о господе самом, —
Ты ж для ........... устанавливаешь срок…
Мудрый разве путается с эдаким добром?

* * *

Эй, небосвод неразумный! Хоть властен ты в каждой судьбе –
Ты благородным сердцам не помощник в суровой борьбе.
Ты не мужам посылаешь сокровища и жемчуга,
А мужеложцам презренным... Честь же и слава тебе!
Категория: Здоровье Души - Мудрость | Просмотров: 17 | Добавил: davidsarfx | Теги: поэзия, жизнь, душа, мудрость, поэт, омар, Хайям, здоровье | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar